Колонка редактора

Каспийский регион в 2013 году: на пороге геополитических трансформаций

10.01.2014

Каспий

В 2013 году Каспийский регион оставался в центре пристального внимания международного сообщества и СМИ во многом благодаря обострению конфликта между прикаспийскими государствами и внерегиональными игроками (США, ЕС, Турция, Китай), желающими реализовать свои внешнеполитические интересы. Прежде всего это противостояние выражалось в создании новых энергетически сетей (TANAP/TAP) и расширении уже имеющейся транспортной инфраструктуры («Южный коридор»), что прямым образом ограничивает историческую сферу влияния таких региональных акторов, как Россия, Иран, а также способствует установлению тесных доверительных отношений с политической элитой стран Каспийского моря (Азербайджан, Туркменистан, Казахстан).

Возрастание присутствия проблематики Каспийского региона в информационном пространстве, как представляется, связано с грядущими геополитическими трансформациями, которые в скором времени коснутся Центральной Азии и Ближнего Востока. Здесь важно отметить следующие существенные моменты:

- конкуренция региональных интеграционных моделей, призванных сплотить азиатский регион и обеспечить локальное доминирование стран-бенефициаров (Россия, Китай, США-ЕС, Турция);

- будущее политическое самоопределение стран постсоветского пространства (новых независимых государств);

- противоречивое сосуществование соперничающих энергетических путей транспортировки углеводородов (российский «Южный поток», азербайджано-турецкий  TANAP, формирование «Южного транспортного коридора» и др.);

- шиитско-суннитское противостояние, радикализация и исламизация Ближнего Востока (соперничество Ирана и Саудовской Аравии, ситуация в Ираке и Сирии);

- стремление США и ЕС расширить сферу своего влияния в данном регионе;

- вывод войск НАТО из Афганистана (возможное закрепление военно-политического присутствия НАТО в регионе);

- милитаризация Каспия (увеличение военных флотилий России и Ирана как ответ на проникновение третьих сил в Каспийский регион и оказание влияния на прибрежные государства).

Указанные факторы составляют архитектуру складывающихся взаимодействий между различными акторами в регионе Каспийского моря, требуя активизации действий прикаспийских государств по обеспечению безопасности и сохранению своих позиций в исторически сложившихся границах влияния. Подтверждением являются провозглашаемые «повестки дня» на всевозможных «каспийских мероприятиях», которые довольно часто проводились в 2013-ом году. Активность и неподдельный интерес, проявляемый влиятельными игроками мировой политики, свидетельствует об увеличении значения и ценности Каспийского региона, при этом факторами внимания были не только энергетический потенциал и экономический интерес, но и экологическая проблематика, решение которой является необходимым условием благоприятного развития и продолжения успешного освоения акваторий Каспия.

Большинство решений, принимаемых в рамках «каспийского вопроса», носят ярко выраженную политическую составляющую, которая заключается в желании достичь доминирующих позиций в регулировании и обеспечении контроля над важными ресурсными точками и транспортными путями, проходящими через Каспий. Вместе с тем деятельность прикаспийских государств, ревностно охраняющих свой суверенитет от вмешательства внешних сил и отказывающихся от политизации экономического сотрудничества, постепенно становится приоритетным направлением их внешнеполитических стратегий.

Единственным и притом вполне традиционным форматом, в рамках которого царили солидарность и единодушие в подходах к разрешению существующих проблем между прикаспийскими государствами, были многочисленные международные конференции, проходившие в многостороннем (четырех-пяти) формате. А также заседания Специальной рабочей группы (СРГ) по разработке Конвенции о правовом статусе Каспийского моря.

Участники каспийских форумов стремились продемонстрировать оптимистичный настрой в достижении практических результатов переговоров и элиминации конфликтных зон взаимоотношений, но благожелательные намерения являлись в большей степени декларативными, диссонирующими с той политической реальностью, которая затрудняет установление стабильных прозрачных отношений между соседними государствами.

Обеспечение безопасности и стабильности в Каспийском регионе является приоритетной задачей не только для прикаспийских государств. Очевидно, что США и ЕС, заинтересованные в бесперебойных поставках энергетических ресурсов и реализации заключенных контрактов, также проявляют беспокойство по поводу достижения устойчивой и предсказуемой политической ситуации на данных территориях. Вместе с тем проблемы собственно безопасности, отсутствия каких бы то ни было конфликтов и боевых столкновений, в публичном пространстве подменяются проблемами энергетической безопасности, что, конечно же, немаловажно для любого суверенного государства, но отнюдь недостаточно для столь сложного региона, как Каспийское море. Как следствие, происходит проникновение в регион международных и при том внерегиональных акторов, преследующих свои геополитические интересы под видом разных форм сотрудничества – будь то публично-дипломатическая, лоббистская, финансовая или военная помощь.  

Показательно, что Казахстан и Азербайджан допускают участие внешних акторов в процессе стабилизации и поиске взаимоприемлемых решений в преодолении конфликтных аспектов взаимодействия региональных игроков, придерживаясь многовекторного подхода во внешнеполитической деятельности. Прежде всего, данное суждение справедливо в отношении Азербайджана, Казахстан же находится в рамках институциональных ограничений, которые формируются процессами евразийской интеграции, активно поддерживаемыми Россией.

В условиях формирования новой архитектоники международной системы и конструирования внешнеполитической реальности регион Центральной Азии, Южного Кавказа, Ближнего Востока, а, как следствие, и Каспийский субрегион находятся в состоянии глубокой геополитической трансформации. Доминирующие субъекты мировой политики (США, ЕС, Россия, Китай) стремятся установить свое глобальное влияние в этой части континента, осознавая ее стратегическую важность для достижения приоритетных позиций в мире и установления внешнеполитического баланса сил, а также понимая уязвимость и неустойчивость положения образовавшихся после распада биполярной мировой системы новых независимых государств.

Существующие политические проекты интеграции постсоветского пространства не являются априори залогом обеспечения безопасности и процветания данного региона, а зачастую становятся лишь фактором локальной дестабилизации. Разнородные ориентации и противоречивые внешнеполитические интересы прикаспийских стран приводят к региональным конфликтам, милитаризации морского пространства и усугублению межгосударственных противоречий. Вмешательство третьих лиц в сферу исключительного внимания прибрежных стран, а также стремление зафиксировать военное присутствие в регионе (вывод военного контингента НАТО из Афганистана благоприятствует такому положению дел) и осуществить масштабную экономическую экспансию (инвестиции Китая в республики ЦА) имеют своей целью ограничить влияние России на пространстве бывшего Советского Союза.

Намерения России реализовать проект евразийской интеграции заставляют внешних игроков проводить более активную и даже агрессивную политику в данном регионе, создавая непреодолимые препятствия «возрождению СССР или Российской империи», а именно так Запад интерпретирует действия России. Подобные страхи внедряются и в сознание политических элит постсоветских стран, препятствуя конструктивному взаимодействию между нашими странами. В этой связи Россия и Иран всегда выступали за необходимость решать региональные проблемы совместными усилиями прикаспийских государств в пятистороннем формате. Каспийское море в силу сложности с определением парового статуса, разграничением национальных секторов на шельфе (геополитический статус Каспийского моря) и богатством природных ресурсов, а также географического положения, представляющего собой узел международных торгово-экономических связей, пересечение торговых путей Восток-Запад, Север-Юг, предстает глобальной целью для приложения политических амбиций различных акторов.

Каспийский регион приобретает важнейшее геополитическое и геостратегическое значение, возрождая многостороннюю борьбу и противостояние крупнейших субъектов мировой политики. Представляется, что предотвратить катастрофические последствия регионального соперничества станет возможным при интенсификации взаимоотношений пяти прикаспийских государств – Россия, Казахстан, Азербайджан, Туркменистан, Иран. Кроме того, активизация внешнеполитических действий России в данном направлении, а именно продвигаемые с большими трудностями и препятствиями, но последовательно и убедительно процессы евразийской интеграции, могут оказать равноценное противодействие экспансионистским устремлениям влиятельных внерегиональных игроков.

Каспийский регион в условиях трансформирующейся системы международных отношений представляет собой совершенно уникальную область мировой системы, где пересекаются интересы крупнейших политических акторов и формируется особый комплекс экономических, политических и военно-технических аспектов взаимодействия.

Оставьте Ваш комментарий / Другие комментарии

В разделе "Новость дня"
  • 0
  • 20
  • 0
  • 65
  • 0
  • 81
Новости
ОЗХО отвергла предложение России и Ирана провести расследование химической атаки на месте, в провинции Идлиб

Неделя не дала подвижек в расследовании химической атаки в сирийском Идлибе. Скорее наоборот. Организация по запрещению химического оружия отклонила предложение России и Ирана, суть которого - сделать все объективно и прозрачно. Мы за то, чтобы эксперты приехали и на место инцидента в город Хан-Шейхун, и на сирийскую авиабазу «Шайрат». По ней США ударили крылатыми ракетами, утверждая, что именно там снарядили бомбы с зарином.

  • 0
  • 15
В разделе "Новости"
  • 0
  • 51
  • 0
  • 101
  • 0
  • 145
Энергетика и инфраструктура
Почему иностранцы неохотно вкладывают в Казахстан

Мы часто слышим о том, как много удалось привлечь иностранных инвестиций нашей стране. Цифры порой разнятся, но обычный показатель притока иностранного капитала в Казахстан за годы независимости в основном варьируется около отметки $250 млрд. Любопытно, что рекордсменом по импорту капитала в Казахстан являются Нидерланды, которые лидируют с колоссальным гандикапом — $64 млрд, или 30% всех иностранных инвестиций в РК. Но на деле это не означает, что у нас засилье голландского бизнеса. Просто это всемирно признанный офшор, который возвращает в Казахстан выведенные за рубеж деньги или прокручивает деньги нефтяных компаний.

  • 0
  • 29
Интеграционные процессы
Россия, Иран

Экономика Ирана демонстрирует признаки выздоровления перед важными для страны выборами. Действующему правительству во главе президента Хасана Роухани (в Иране посты премьер-министра и президента совмещены) в течение года после снятия «калечащих санкций» Запада удалось улучшить практически все макропоказатели иранской экономики.

  • 0
  • 174
Геополитика и безопасность
С-300

Министерство обороны Казахстана до конца года установит на боевое дежурство пять дивизионов зенитных ракетных комплексов С-300, полученных от России, для выполнения задач по противовоздушной обороне республики. Об этом сообщил министр обороны Казахстана Сакен Жасузаков в ходе "правительственного часа" в мажилисе (нижней палате) парламента.

  • 0
  • 23
Новости института
  • 0
  • 7791
  • 1
  • 4688
  • 0
  • 4646
Точка зрения
Сергей Рекеда

Интервью Azeri.Today c генеральным директором Информационно-аналитического центра по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве при МГУ им. Ломоносова Сергеем Рекеда.

  • 0
  • 93
Колонка редактора
Роль украинского вопроса в текущей американской политике

Если углубиться в прошлое, то можно заметить, что отношения США и Украины на протяжении XX века пережили очень существенную трансформацию, которая, во многом, определялась изменениями роли Соединенных Штатов в мире и, конечно, переменами в статусе Украины. До конца Второй мировой войны США практически не рассматривали Украину как нечто большее, чем просто географическую область в России или СССР, несмотря на то, что в Северной Америке уже существовала крупная украинская диаспора. Это объясняется тем, что США в первой половине 20 в. еще не проявляли заинтересованности в ситуации в Восточной Европе. Более того, изоляционистские настроения в течение 1920-30 гг. и вовсе ставили под сомнение целесообразность вовлечения США в политику Восточного полушария. Уже в ходе Холодной войны, когда США стали глобальной державой с интересами по всему миру, Вашингтон стал внимательнее относиться к перспективам ослабления своего конкурента – СССР за счет национальных противоречий и сепаратизма. Однако, несмотря на принципиальность противостояния, возможность полного государственного распада СССР, ввиду своей непредсказуемости, не рассматривалась в США как наиболее желательная. Даже в кризисные годы «перестройки» в Вашингтоне думали скорее о конфедеративном переустройстве СССР. Отношение к независимости Украины, в этом свете, в США было далеко не таким однозначным, как это могло бы казаться.

  • 0
  • 1200
Экспресс - аналитика
Видео
Архив по дате
Яндекс.Метрика